Глава 2. Новые правила

Командир

- Сам отрубил руку?! - Нет… Это я… Он приказал. - … не бывает! - У меня… - Хорошо… сразу ко мне. Как будто из глубины колодца доносились обрывки диалога, но Андрей не видел в них смысла. Связь с миром снова оборвалась. *** Летний июльский день. На улице стояла неимоверная жара, от которой не было спасенья. Андрей стоял на автобусной остановке, прячась в тени от палящего солнца. Телефон был разряжен, а до автобуса ещё целых полчаса. Мимо проходили люди, суетливо забегая в автобусы и такси, все куда-то спешили, и Андрей тоже. Казалось бы, солнце высосало все силы, и на спешку их точно не должно остаться. Но люди как заведённые куда-то бежали, спешили. У каждого проблемы, работа, долги и если промедлить хоть на минутку, то вся жизнь может пойти под откос. Не успел на работу, уволили, опоздал заплатить кредит, получай проценты, не успел на автобус – пропустил любимую передачу по телевизору. И так день за днём. Незаметно на остановке появилась маленькая старушонка с тросточкой, она была настолько миниатюрной, что Андрей хотел подсадить её, лишь бы она дотянулось до скамьи, но помощь ей не понадобилась. Когда она присела, Андрей увидел большой горб, выпирающий из-под синего платьишка с белым воротничком, украшенным брошкой. Горб был настолько огромным, что складывалось впечатление, будто под платьем на спине висел большой рюкзак. Старушка отложила костыль, и взяла мороженое. Своими маленькими ручонками она пыталась открыть упаковку, внутри которой был шоколадный пломбир, как полагал Андрей. Он снова хотел помочь ей, но старушка справилась сама. Несмотря на такую жару, она выглядело куда более бодро, чем тающие прохожие, изнеможённые, обессиленные. Никто не замечал её, она ни для кого не существовала, впрочем, также как и все окружающие для неё. Она мирно сидела на скамейке, маленькие худенькие ножки в розовых носочках и белых туфельках свисали вниз; она безмятежно болтала ими. Андрей старался не разглядывать её, смотреть в сторону, но боковым зрением он всё равно видел всё, что она делает. Её невозможно не заметить, потому что она другая, вовсе не такая как все эти серые люди. Из-под белой широкой шляпки виднелось маленькое личико с солнцезащитными очками в оранжевой оправе на переносице. Старушка была настолько старой, что всё лицо было покрыто сплошной паутиной морщин, однако это не мешало ей, безмятежно, по-детски, болтать ногами. У неё не было ни телефона, ни портфеля, ничего. Кроме мороженого. Но она, в отличие от других, была счастлива. Её не беспокоила ежедневная суета, постоянные проблемы, стрессы, и самое главное она была живой. По настоящему живой. Не в биологическом смысле, вовсе нет. Видя, как мужичина яростно закричал на всю остановку, опоздав на автобус, старушка лишь улыбнулась и откусила мороженое. До того она удивлялась его высказываниям. - Да как же так! У меня же встреча! Будьте вы все прокляты! – Вопил мужчина лет сорока с дипломатом в руках. «Такой солидный, что же ты на автобусе на важные встречи ездишь?» - Думал про себя Андрей. «Все мы куда-то бежим, спешим. Ох, как же достала эта суета, весь этот бег на месте. Целыми днями как белка в колесе, а толку? Ради чего? Ради постоянных криков начальства, только и слышишь, как тобой недовольны, или ради этой проклятой работы? Пашешь сверхурочно, а лишнего гроша не получаешь. Да. Точно, гроши… Деньги! Вот ради чего весь этот цирк. В погоне за чёртовыми деньгами совсем уже забыли про жизнь. Нормальную, человеческую. Вокруг лишь имитация, подобие жизни, подобие свободы, подобие выбора. Каждый думает, что он уникален, свободен и независим… Но как же ошибается. Как же ошибается он, она, я, да все ошибаются! Причём до многих доходит, « что-то я делаю не так…». А толк? Погоняли мыслишки перед сном и уснули, ведь завтра на свою «любимую» работу, нужно выспаться и хорошо трудиться. Чтобы получить копейки. Чтобы просто не сдохнуть, протянуть до следующей зарплаты. И так всю жизнь, всю свою никчёмную жизнь мы делаем то, чего не хотим, мы едим то, чего не хотим, изредка позволяя себе шиковать, мы делаем всё, чего не хотим. Нас просто убеждают, навязывают нам «наши» желания. Вон бабулька сидит, ест мороженое и не переживает. Она просто наслаждается жизнью, ну и что, что древняя, зато счастливая. А я могу насладиться? Я МОГУ НАСЛАДИТЬСЯ?! Нет. И никто не может. Никто. Кроме тех, кто навязывает нам наши желания, создаёт иллюзию потребностей. Они могут позволить себе насладиться. Вершители судеб, чёрт бы их побрал! Они. Кто они?» Старушка попыталась встать, чтобы выбросить упаковку из-под мороженого, которую она до сих пор сжимала в руке, но нечаянно уронила костыль. Андрей молча смотрел, полагая, что и сейчас старушка справиться сама. На его удивления из десятка стоявших на остановке людей, ни один не заметил, как упал бабушкина тросточка. Тем более ни один не решился ей помочь. Андрей не выдержал и поднял трость. - Вот, возьмите! - Спасибо, молодой человек! – Мягким, тихим, но очень приятным голосом сказала старушка. Сквозь затемнённые очки Андрей увидел старушечьи глаза, полные доброты и жизни. Она слегка улыбнулась, морщинки побежали по её щекам; старушка бережно протянула руку с полу съеденным стаканчиком мороженого, без слов предлагая угоститься, но Андрей ответил вежливым отказом: - Спасибо, я не хочу! Старушка глубоко вздохнула. Деловито дойдя до урны, она выбросила упаковку и вернулась на скамью. Вот уже подошёл большой белый автобус. Андрей не спеша поднялся по ступенькам, бросил через плечо взгляд на пожилую женщину, которая заметив его, улыбнулась и слегка подняла вверх руку с мороженым, будто прощаясь. Андрей присел у окна и ещё несколько секунд смотрел на старушонку, пока автобус не тронулся и не отчалил от остановки. Он, наконец, ехал домой после тяжёлого трудового дня. А старушка всё также сидела на скамье и доедала своё мороженое, оставаясь незаметной для серых людей. Теперь Андрею был безразличен разряженный телефон, какой-то важный звонок, полученная порция негатива от начальства из-за какой-то мелочи; всё это осталось там, на остановке. В прошлом. Весь мир для него изменился. И сейчас он хотел только одного – мороженого. *** Сон оказался слишком сладким, а послевкусие наоборот горьким и противным. С большой досадой Андрей осознал, что вернулся в реальность. Однако не сразу понял, в какую именно, пока не попытался встать с кушетки. Летняя жара сменилась на прохладный воздух больничной палаты. - Опять что ли приковали? – Недоумевал Андрей, отдирая от себя переплетённые провода приборов. «Твою дивизию» многозначительно пронеслось в голове, после взгляда на правую руку. Рука не была прикованной, вовсе нет, её просто не было. Воспоминания о том, где он «забыл» её больно кольнули в затылок. Теперь благодаря протезу уровень железа в теле вырос на несколько килограмм. Андрей представил, как шевелит фантомной конечностью. На миг показалось, что пальцы дёрнулись. После второй попытки Андрей понял, ему не показалось, пальцы по-настоящему шевелились. Встав с кушетки, военный отправился к двери, слегка перекошенный на правую сторону от тяжести. Его походка напоминала хромого строителя с большим ведром цемента. Покинув серую палату, Андрей оказался в пустом коридоре. Он с детства не переносил больниц. Запах лекарств, мрачные коридоры, белые халаты врачей наводили на него ужас. Повзрослев, он научился не показывать людям свой страх, но боязнь и нетерпимость остались. Пройдя мимо нескольких палат, Андрей услышал шаги, не желая быть увиденным, проскользнул спиной вперёд в слегка приоткрытую палату. Аккуратно закрыв дверь, Андрей повернулся. Перед ним лежал Кварц с довольной улыбкой на лице и перебинтованной головой. В комнате витал отвратительный запах табака, в пепельнице на тумбочке возле кушетки догорал окурок сигары, рядом лежала шкатулка с шахматами. Ничего лишнего в палате не было, всё также как и у Андрея. Лишь Кварц вызывал смущение. - Какие люди! Апельсинчиков принёс? - Увы, я без гостинцев. Мимо шёл, решил проведать, как твоя голова? - За меня не беспокойся, я в порядке! А ты, я смотрю куда-то не туда свои руки сунул! Ха-ха! – Громкий смех раздался на всю комнату. – Небось к дочке Князя приставал, да она тебя чикнула! Ха-ха! Не стой в дверях, проходи, садись! - У него есть дочь? - Представь себе! Ты с ней вообще-то от Кикимор удирал! Или опять головой ударился, привет амнезия? - Лена?! - Правда, не знал? Я-то думаю, что ты тут дурачка валяешь. – Кварц достал сигарету и подкурил. - Ты уже в курсе операции? - Эй, чудак! Это я отдал приказ! Это я заставил Техника завести старый драндулет! - Лену тоже ты ко мне приставил? Кварц цокнул: - Тут промашка вышла, братец! С тобой должен был Артист лететь, но пришёл Князь и начал нам карты путать. Сказал, что должна лететь дочурка. Эта деваха вообще не при делах, какого чёрта она там забыла, вот объясни мне? – Кварц выпустил большой клуб дыма. – Она снайпер, а не диверсант. Кварц смолк и призадумался, зажимая между пальцев тлеющую сигарету. - Она женщина, в первую очередь. - Она сука! Та ещё дрянь! - Замолчи! – Андрей стукнул кулаком по тумбочке, от удара пепельница подпрыгнула вверх. - Ох ох ох! Какие мы грозные, уже успел помимо рук что-то другое сунуть? Ха-ха! Андрея посетило знакомое чувство, точно такое же, как внутри клетки. Он прекрасно понимал, это просто провокация, проявив благоразумие, Андрей посмеялся в ответ, хоть и не искренне. Лучше свести к шутке. - Да всё может быть! У меня амнезия, не помню! - Ха-ха! Молодчага! На громкий смех прибежала медсестра. Таня. - Эй! Вы чего так шумите?! – Возмущалась Таня, открывая дверь! – Андрей?! Ты почему не в палате?! - Тише ты! Что же сама-то так орёшь? - Я… - Засмущалась девушка. – Да не ору я вовсе! И вообще, у тебя постельный режим, ты после операции! - Всё в порядке, чуть позже вернусь! - Нет уж, позже нельзя! Скоро придёт доктор, будет осмотр! Мне не нужны из-за тебя проблемы! - Закрой дверь! Сказали же, сейчас вернётся! – Влез в разговор Кварц. С сердитым видом, нахмурив брови, Таня пулей выскочила из палаты. Мужчины продолжили разговор дальше, как ни в чём не бывало. - А руку мне и правда Лена отрубила, по моей доброй воле. - Да я уже в курсе, мне доложили. Правильно сделал, рука это не голова, тем более, когда на кону две башни. Уважаю! – Кварц пожал металлическую руку. – Куда ж так давишь?! - Извини, ещё не привык! Кварц продолжил, потирая прижатую руку: - Побольше бы таких героев, как ты. Кругом одни трусы, да девочки. Вот как с таким мясом воевать? - Много у тебя этого мяса? - Около двух тысяч ни на что неспособных болванов, ну, плюс сотня две ребят из охраны. - Кварц, дай мне группу бойцов. – Без лукавства сказал Андрей. - Ох, ты ж чего захотел! - Ты всё равно ничего не теряешь, да и не хватит тебе сил одному эту ораву воспитывать. - Ты же понимаешь, что это сосунки, а не солдаты? - Понимаю, я буду для них нянькой! - Ладно. Будет тебе детский сад, так уж и быть. Я дам тебе десяток призывников. Если сделаешь из них таких же без башенных придурков, как ты, я подстригусь налысо. - А если нет? - Тогда я лично буду насиловать твою голову станком! - Договорились! – Оба рассмеялись. Кварц с опаской посмотрел на протянутую руку Андрея. - Не бойся, я аккуратно! Договор был скреплён мужским рукопожатием. - Посмотрим, чертяга, какой из тебя командир! Как поправишься, найди Кнута, отберёшь себе кого захочешь. - Я не подведу! - Ещё бы! Но я всё же надеюсь тебя оболванить! Придя в палату, Андрей увидел поднос, на котором лежал ещё тёплый обед. Не было сомнений, что похлопотала Татьяна. Позже Андрей узнал, что Таня ни на шаг не отходила от него, пока он был без сознания после операции. Она сутками дежурила возле его кровати, а однажды, когда пульс резко пропал, она подняла на уши весь медицинский блок. К счастью, тревога оказалась ложной – всего лишь отошёл провод на приборной панели, вот и пропал сигнал. В больнице Андрей провёл ещё несколько дней. Ни один раз он извинялся за грубость Кварца, на что девушка, улыбаясь, отвечала: - Да брось ты! Всё в порядке! Я вовсе не злюсь на тебя. Общение с Таней приносило одно удовольствие. С ним она была совсем другой: милой, смешной, весёлой. Сложно было вспомнить, как эта девушка могла скандалить и устраивать истерики. Но всё же порой он слышал перепалки и ругань из соседней палаты – это Таня заходила к Кварцу. Для других она оставалась прежней. Андрей коротал дни за игрой в шахматы с Кварцем, который, несмотря на пробитую голову, играл отменно, хоть и ни разу не выиграл Андрея. Когда интеллектуальные игры надоели, а анекдоты закончились, Кварц приказал принести метательные ножи. - Вот это дело! А то ей Богу, как бабы лясы точим. Слово «Бог» из уст Кварца привлекло внимание Андрея. Раньше он ни от кого из местных не слышал его упоминания. - Ты веришь в Бога? - Нет, не верю. Если бы он был, он не допустил бы такого. Как же можно спокойно смотреть, как гибнет целая цивилизация, которую ты сам, своими же руками создал! Нет его и точка. - Таня считает, что это было наказанием за все грехи наши. - Эта мед сестричка что ли? Не слушай этих баб, - Кварц с особой жестокостью метнул нож, - только мозги всякой ерундой пудрят. В один из вечеров он поднялся на крышу мед блока и наблюдал за базой, за ночным небом, освещённым двумя спутниками, чуть больше земной Луны. Воздух был пропитан влагой и сыростью, прошедшего незадолго до этого дождя. По небу до сих пор бродили обрывки туч, пышные, странных очертаний и красок, над степью – мягкие, словно клубы дыма, нежно пепельные, слегка голубые; над болотами наоборот – резкие, как обрывки скал, едко чёрные, местами коричневые. Между ними ласково блестели тёмно-голубые клочки неба, украшенные золотыми крапинками звёзд. Облака подступали со всех сторон, но боялись приблизиться друг к другу и закрыть звёздное полотно, на которое смотрел Андрей. Наверное, в памяти каждого человека на веки остаётся тот день, когда он впервые покидает родной дом. И всю оставшуюся жизнь, живёт вместе с ним надежда на возвращение, ведь где-то там глубоко в душе горит огонёк, зажжённый домашним очагом, который манит и зовёт обратно. Но только не Андрея. Для него этот огонёк погас. Навсегда. Ровно так же, как и для всех других выживших. На огромном небосклоне он так и не отыскал тот огонёк родной звезды, родного очага. - А я знала, что найду тебя здесь! – Улыбаясь, прошептала Таня. Совсем бесшумно и незаметно подкралась сзади. - Что-то душно стало, решил освежиться, свежий воздух отрезвляет. – Не оборачиваясь, еле слышно прошептал Андрей. - Да, - Многозначно протянула девушка, усаживаясь рядом. – Вдохнёшь полной грудью, и жить легче! - Легче… - Ты чего загрустил? - Слишком много дум. Это не грусть. - О чём думаешь? – Словно приставучий ребёнок расспрашивал Таня. - О доме, о Земле. Смотрю на небо и не могу найти родную звёздочку. - И не надо. Нет больше её. Вот наш новый дом. - Нет… - Вторил Андрей словам Тани. Выждав паузу спросил: - Как ты оказалась здесь? - Как и все, в капсуле. Когда началась эпидемия, военные повсюду ставили мобильные станции для обследования. Всех кто не был заражён, сразу отправляли в крио камеру. Их вводили в искусственную кому и дальше распихивали по капсулам. – Голос Тани слегка дрожал. – Никто не успевал даже проститься с родными, всех хватали на улицах, да сразу кололи вакцину, она помогала избежать заражения в течение нескольких часов, но не исцеляла. Вирус всё время мутировал и изменялся. Адская смесь человеческого рака и какой-то зеонской хвори. Для них она была как грипп, а для нас… Лена замолчала. - Как на Землю мог попасть вирус зеонов? - В первые недели эпидемии объединённое правительство скрывало от людей, как это произошло, но когда Американский континент погиб, информация всё же просочилась в массы: один миллиардер захотел себе чучело жука! Ты представляешь? Из-за его прихоти на военный корабль тайком пронесли труп зеона, который по пути на Землю успел разложиться. Как я слышала, толи один из членов экипажа был болен раком, толи один из тех, кто делал чучело, не в этом суть, вот он то и заразился первым. Следом заказчик чучела. Тут то и началось. Неделя и всё восточное побережье было усеяно трупами, через месяц паучья чума дошла до Южной Америки, чуть позже попала в Европу. Россия и Китай вовремя закрыли границы, поэтому и удалось спасти человека как вид. Андрей слушал внимательно и не перебивал, представляя себе весь ужас, случившийся на Земле. - Капсулы отправляли на крейсер, уже с околоземной орбиты их через кротовую нору отсылали по колониям. - Сколько всего было капсул? - Точно никто не знает, но говорят что около миллиона душ. - То есть Глиза не единственная планета, куда отправили выживших? - Конечно, нет. Если бы мы знали где ещё есть люди… Многие думают, что мы последний оплот человечества. - Давно ты на Глизе? - Уже год прошёл. - Почему тогда я так поздно прилетел? - Мы у тебя хотели спросить! Но ты с амнезией, толку спрашивать… Немного помолчав, Таня продолжила: - Ты вовсе не такой как все. Ты… Ты другой. - Почему же? - Посмотри, например, на свою руку, нет, на протез. - Что с ним не так? – Андрей засучил рукав больничной робы по самый локоть. - Прошло пару дней, а все швы затянулись, словно прошло пару лет. Не кажется это странным? Действительно, Андрей даже не заметил, как протез стал продолжением руки и прирос к нему основательно. Ни осталось и следа от операции. Взгляд обоих был прикован к руке; повисла тишина. Поднялся холодный ветер, и облака всё же затянули всё небо. - Пошли внутрь, - Лена поднялась и обхватила себя руками. - холодает. Андрей стоял напротив и чувствовал на своей шее горячее дыхание девушки, которая смотрела на него снизу вверх. - И правда, пойдём. *** Швы затянулись, протез прижился, курс реабилитации закончился, дальше оставаться в больнице не было смысла, поэтому доктор дал добро на выписку. За пределами мед блока Андрея ждали почёт и уважение, про которые он даже не думал. В глазах людей он был настоящим героем, новым лучом света в этой кромешной тьме. В сердцах глизориан поселилась надежда на светлое будущее. Идя по коридорам, Андрей замечал на себе пристальные взгляды окружающих, не укоризненные, не шокированные его железной рукой, а полные счастья и радости только от одного вида военного-героя. Люди проходили мимо перешептывались между собой: - Это он, смотри! Глянь, какой большой! – Шептал конопатый мальчуган своему другу. - Когда вырасту, буду таким же смелым и сильным! Андрей лишь улыбался. Ведь он прекрасно понимал, что ничуть не изменился, он по-прежнему оставался простым человеком, только чуть более смелым и решительным, чем другие. И это задание для него было всего лишь работой. По пути к общежитию Андрея встретил Артист, - Ба, вот это да! Андрей, погоди! – Кричал вслед не сразу его признавший Артист. – Быстро тебя на ноги поставили! - А то! – Андрей был рад увидеть знакомое лицо. - В последнее время все разговоры только про тебя! Ты у нас теперь звезда! - От чего же? - Как?! – Недоумевал Артист, высоко задрав брови. - Да ты же бесценные карты добыл! Да ещё и такой ценной! Все как узнали, что ты руку отдал, чтобы Ленку спасти, так и опешили! - Я свой зад спасал. - А её? - Ну и её в том числе! Жалко, если кто-то другой его съест! Артист засмеялся. - Расскажешь, как всё было? - Обязательно! Но чуть позже, сейчас нужно переодеться и двигать к Кнуту. Мне Кварц обещал молодняка подогнать на воспитание, вот и будем решать. Как обстоят дела с нашими соседями? - Не фонтан… - Чего замолк? Продолжай! Андрей поздоровался с вахтёром и взял ключи от комнаты. - Даже не знаю с чего начать. – Замялся сперва Артист. – После того как вы вернулись, они пришли к нам в гости поздней ночью. Поздоровались с ребятами на форпосте, как итог двое двухсотых, четверо трёхсотых. Тела других так и не нашли. Затем они двинулись в сторону базы, а вот тут-то их встретили мы. - Я слышал стрельбу, но очень вялую. Почему никто не сообщил мне? - Бой закончился, не успев начаться. Такое впечатление, что они просто испарились! Пришли, пошумели, нас подняли и пропали, как-то странно. Совсем не похоже на них. - Разведка боем. Прощупывали вас. - Мужики тоже так думают. Нутром чую, скоро будет серьёзная заваруха. - Верно чувствуешь. Сколько всего форпостов вокруг базы? - Семь, плюс ещё на фермах один. - Не плохо. – Андрей закончил переодеваться и закрыл за Артистом дверь. - Будут ещё нападения, нам надо подготовиться. Пошли к Кнуту, время не ждёт. «Значит, прощупывают, - размышлял по пути Андрей. – а говорили что они животные; уж больно сообразительны и организованы для обычных зверят. И что им надо от базы? Неужели в пещерах наскучило, решили в общагу перебраться? Пещеры. Точно». На тренировочной площадке вовсю потели новоиспеченные солдаты. Пока Андрей лечился, закончилась мобилизация. До конца не было ясно, добровольная ли она была или нет. В штык встали все, кто мог держать оружие. Неужели в людях наконец-то проснулся патриотизм? Странно. Почему он раньше дремал в недрах человеческой души, что мешало защитить свой дом там, на Земле? В первую очередь защитить от самих себя. От войн, голода, болезней. Пока жизнь не прижмёт, не появится желание что-то делать, менять. Но как только затрагивает беда, сразу меняется отношение ко всему. К людям, к миру, к жизни, к себе, в конце концов. Людям стоило всего лишь не быть равнодушными… На площадке раздавались команды вперемешку со щелчками: «Ниже! Вот так! Ещё!» - командовал Кнут, размахивая длинным бичом. Артист и Андрей подошли сзади. - Вижу, работа кипит! - Ещё бы! – Кнут обернулся. – Рад видеть тебя, Андрей! При появлении Андрея бойцы оторопели; пошли перешёптывания. - Команды отдыхать не было! Продолжаем отжиматься! – Грозно кричал на своих подчинённых Кнут, затем снова повернулся к Андрею. – Ох и искусник же Техник, глянь, какую штуку прилепил! - Надо будет наведаться к нему, отблагодарить. - А мы сейчас и сходим, давно ждём твоего выздоровления. Ты нам ой как нужен. - Постой, я договорился с Кварцем, чтобы он выделил мне бойцов на воспитание. После этой фразы курсанты оживились, словно открылось второе дыхание – отжиматься стали быстрее и чище. - Он мне ничего не говорил, но раз вы договорились, то, пожалуйста. Вот рота молодняка, выбирай кого хочешь. – Кнут повернулся к лежащим в упоре лёжа бойцам. – Закончили! Рота смирно! Сейчас товарищ Андрей, выберет самых конченных раздолбаев для обучения воинским премудростям! - Поступим проще, пусть добровольцы сами выйдут. – Слегка повернув голову, шепнул Кнуту Андрей, следом обратился к строю солдат. – Товарищи курсанты! Настали тяжёлые времена, как для нас, так и для всего человечества. Над нами нависла страшная угроза. Угроза вымирания человека, как вида. Возможно, мы последний оплот человечества. От нас зависит дальнейшая судьба людей. Вы все знаете, насколько близко подкрались наши враги, насколько они опасны, кровожадны и беспощадны. Но нас это не остановит! Мы будем бороться до конца! Впереди нас ждёт битва. Битва за мир, за нашу историю, за судьбы всех людей, которые оказались на этой планете. Их жизни в наших руках! Они верят и надеются на нас! Мы должны оправдать их надежды! Мы должны подготовиться к схватке и нанести сокрушающее поражение! Но нам нужны силы для этой битвы, поэтому вы и стоите здесь. От того как усердно вы будете готовиться зависит не только ваша жизнь, но и жизнь всех людей которых вы знаете! Я встретился лицом к лицу с кикиморами, но не дрогнул и не отступил! – Андрей демонстративно медленно сжал кулак перед собой, показывая свою металлическую руку. - Потому что я знал! От меня зависит, будут ли жить люди или их растерзают эти твари! – Андрей сделал небольшую паузу. - Курсанты, братья, мне нужны отважные добровольцы, готовые к самым суровым испытаниям для борьбы с нашим общим врагом. Я не буду никого заставлять или принуждать. Это личный выбор каждого. Прошу сделать шаг вперёд, желающих служить под моим командованием. Весь строй около пятидесяти человек почти одновременно шагнул вперёд, лишь несколько парней слегка промедлили. Такой эффект поразил и Кнута, и Артиста, у которого непроизвольно дёрнулся уголок рта. - Придётся всё же самому отбирать… - Снова шепнул Кнуту Андрей. Осмотрев весь строй, Андрей подошёл к крайнему бойцу и направился в противоположную сторону. Его холодный, бесчувственный палец металлической руки врезался в грудь бойцов, которых он решил взять под своё крыло. - Ты. Ты… Ты. – Не останавливаясь, шагал Андрей. Позади оставались опечаленные лица бойцов, которым не улыбнулась удача. – Ты. Ты. Ты и ты. Шаг вперёд. Из строя вышло восемь бойцов. - Эй, блондинка! – Подошёл к коренастому бойцу, Андрей. – Я тебя не выбирал. Курсант стоял смирно, не шевельнулся. От волнения дрожали руки, он проглотил тяжёлый комок, подступившей к горлу и, сжав кулаки, прижал руки по швам. - Я к тебе обращаюсь! - Пожалуйста, товарищ командир! – Голос бойца заметно дрожал, местами даже взвизгивал. - Я не подведу! Немного подумав, осмотрев бойца с ног до головы, Андрей сказал: - Ладно, так и быть, возьму тебя, блондинка. Но знай, - Андрей наклонился к мокрому от пота лицу бойца и пристально посмотрел в его глаза леденящим душу взглядом, – когда ты попадёшь в ад, он покажется тебе пионерским лагерем по сравнению со службой в моём отряде. - Так точно! –Широко растянутой улыбкой заиграло лицо парня. - Все остальные свободны! – Скомандовал Кнут и ударил бичом. Избранные собрались вокруг Андрея. - Через час собраться в охранном блоке. С собой ручку и блокнот. Разошлись. Толпа потных мужиков медленно начала рассасываться. Среди них слышались унылые реплики, сетовавших на судьбу курсантов. Никто не понял, по какому принципу проходил отбор, но выяснять это никто не решился. В мастерской всё было как обычно, ничего не изменилось с прошлого визита, лишь в цехах поубавилось людей. Техник как обычно сидел в своём кресле и увлеченно рассматривал какой-то чертёж на столе. Артист рассказывал свежий анекдот, придуманный им же. Подходя к мастерской, Артист старался быстрее приблизиться к кульминации, и уже на пороге компания громко рассмеялась. На появление гостей Техник никак не отреагировал. - Привет, Техник! – Сквозь смех, поздоровался от лица всей компании Кнут. В мастерскую зашли Артист, Кнут, Андрей и Лена, присоединившаяся по пути. В комнате было достаточно темно, лишь тусклый лучик света пробивался сквозь грязное стекло маленького окошка. Дверь в подсобку была открыта, по комнате витал странный запах, почему-то показавшийся Андрею знакомым. Где-то еле слышно капала вода. Все сразу разбрелись по комнате, вдоль стеллажей, чтобы, пользуясь моментом, посмотреть диковинные изобретения Техника, как он сам их называл «финтифлюшки». Техник всё также сидел за рабочим столом, подперев голову руками. - А ты чего в темноте сидишь? – Поинтересовался Кнут и подошёл к столу, чувствуя, как сапог слегка прилип к полу. – Что там можно увидеть? Лампу хоть что ли включил бы… Кнут дёрнул верёвочку на лампе, и она зажглась. - Твою ж мать… - Ты чего? – Спросила Лена, крутя в руках непонятную для неё коробочку. Мужчины обступили старика вокруг. - Как же так… - Обращаясь в пустоту, шепнул Кнут. Яркий свет лампы озарил рабочее место Техника. Стол, чертежи, бумаги и инструменты были залиты кровью. Голова Техника была насажена на толстый штырь с подставкой, по которому ещё сбегала кровь, падая на пол маленькими каплями. Вокруг кресла расплылась большая лужа крови, в которую успел наступить Кнут. - Какого чёрта?! – Кнут яростно ударил кулаком по столу. - Может врача позвать? – робко спросил бледнеющий Артист. - Какого на хрен врача?! – Мотаясь по комнате, кричал Кнут. – Ты тупой или не видишь? У него штырь в башке! Лена выронила из рук зелёненькую коробочку. Упав на пол, финтифлюшка раскрылась и заиграла приятная музыка. Внутри коробочки на небольшой платформе крутилась маленькая хрупкая балерина, стоя на одной ноге с поднятыми вверх руками, она описывала окружность. Все замерли, кроме этой маленькой игрушечной девчушки. - Какая мразь это сделала? – Усаживаясь на стул, спросил Кварц. Он не ждал ответа. Все молчали. В соседней комнате послышался глухой удар. Андрей жестом приказал всем молчать и протянул руку Кварцу, в которую тот вложил пистолет. Передёрнув затвор, он медленно двинулся к приоткрытой двери в коморку, переступая беззвучно, как кошка. С одной из полок он взял небольшой фонарь. Прижав его к груди, чтобы не выдать лучом света себя, Андрей нажал на кнопку. Шаг за шагом он медленно приближался к каморке. В воздухе висела гробовая тишина. Прижавшись спиной к стене, он перевёл дыхание, сглотнул тяжёлый ком, застрявший в горле, затем молниеносно нырнул в тёмную комнату, в движении рассекая лучом фонаря тьму. Через доли секунды раздался выстрел. Луч света в каморке пропал. - Андрей! – Крикнула Лена и направилась к каморке. Навстречу ей из каморки, катясь кубарем от пинка армейского ботинка, вылетела большая жирная крыса с багровой шёрсткой на боку. Она ещё дёргала лапками и пускала изо рта красные пузыри. - Чёрт! Андрей! Какая гадость! – Кричала Лена, закрыв рот ладонью и нахмурив лоб. – Зачем ты убил её?! - Это был не убийца. – Спокойно констатировал Андрей. - Это Бусинка. – Подал голос Артист. - Бусинка? – С изумлением переспросил Кнут. – Он тут что ли крыс разводил? - Он давно её приручил, она никого не подпускала к себе кроме него, кидалась зараза. - Значит, правильно я сделал. А ты спрашиваешь меня зачем! – Посмотрел на Лену Андрей. – Вдруг бы она тебя сожрала ночью? Глянь, какая она здоровая, точно пол руки бы тебе отгрызла! - Ещё один труп. Андрей, верни пистолет. Хватит на сегодня смертей. – Осмотрев тела, Кнут продолжил. – Пойдёмте, нечего тут делать, я сообщу ребятам, они всё уберут. Снаружи стояла невыносимая жара. Горячий воздух обжигал лицо, при малейшем дуновении ветра. Хотелось быстрее добраться до прохладных коридоров комплекса. Из-за чёртовой жары в голове Андрея был полный беспорядок. Ещё в каморке он ощутил это странное чувство, которое нельзя передать словами. Утрата. Совсем отвык от этого. Как же давно он никого не терял, не видел смерть, не переживал это. Он не слышал, как его окрикнула Лена, наверное, хотела поделиться эмоциями, но сейчас Андрею было не до этого. Все слова пролетали мимо него, даже собственные мысли не удавалось поймать и удержать в шальной голове. Он не понимал, зачем люди убивают. Шагая по коридорам, он встретил блондина из набранной группы, который при виде Андрея расцвёл и заулыбался. - Здравия желаю, товарищ командир! Я не нашёл ручку, сойдёт карандаш? «Вот чёрт, ещё и желто ротики эти, совсем забыл про них» - пронеслось в голове Андрея. - Это плохо. Ты не выполнил приказ и расстроил меня. Блондин виновато опустил голову и изменился в лице. - Да ладно, расслабься, - хлопнул по плечу Андрей, - ничего страшного! - Я думал, у вас нет чувства юмора! - Двигай в столовую, я сейчас подойду. - Товарищ командир, а почему у вас одежда в крови? - Шагай! Потом поговорим. Андрей направился в свою комнату, у двери его ждал маленький мальчик. - Дяденька, Андрей? – Тоненьким голоском спросил мальчишка. - Да, это я. - Это вам. Мальчик протянул небольшой конверт и сразу убежал после вручения. Андрей даже не успел спросить, кто его послал, догонять ребёнка и расспрашивать, не было никакого желания. Андрей вошёл в комнату и бросил конверт на тумбочку, решив, что прочитает после того, как переоденется. «Как же я умудрился вляпаться…». Запачканная одежда отправилась в раковину для замачивания. Не было времени идти в прачечную, кровь могла высохнуть, и избавиться от неё было бы проблематично. Пока Андрей переодевался, раздался стук в дверь. - Не заперто! - Здравия желаю, товарищ командир! – Бодро кричал высокий широкоплечий паренёк из его отряда. - Ты как меня нашёл? – Завязывая шнурки, спросил Андрей. - Видел, как вы по этажу шли, в комнату заходили. Я тоже на этом этаже живу, соседи мы! - Почему ещё не на месте? - Так я и пошёл, но тут вас увидел, решил вместе с вами пойти. - Как зовут то тебя? - Гром. - И почему же Гром? - Чихаю громко, вот ребята и прозвали Громом. – Слегка смущённо произнёс парень. - Пошли, а то опоздаем. – Андрей завязал шнурки, одёрнул новую одежду, положил конверт в нагрудный карман и закрыл за собой дверь. Идя наравне с Андреем, Гром пытался шагать в ногу с ним, но получалось не очень складно. Парень попытался нарушить молчание: - Я был на боях, видел как вы уложили Кварца. Где вы научились так драться? - В армии. - А нас научите? - Научу. - А это сложно? - Ничуть не сложнее, чем задавать дурацкие вопросы. - Понял. До самой точки сбора Гром не обронил ни слова. В указанное время все были на месте кроме одного бойца. Семеро лысых парней, одетых в жёлтый камуфляж стояли у входа в охранный блок. - Где ещё один? - Он опаздывает. - Спасибо, что пояснил, а то я туповат, не понимаю. Другие бойцы смешками поглумились над товарищем. Из-за угла появился опоздавший курсант. - Всем привет! – Радостным голосом произнёс коренастый парень с густыми бровями, неспешно идущий по коридору. - Ты опоздал. - Так я же следом за вами пришёл, даже видел вас впереди. - Ты облажался со своим первым заданием. – Андрей сверлил взглядом опоздавшего парня. – В другой ситуации ты мог подставить своих товарищей! Что ты смотришь как на меня как на статую? Упор лёжа принять! Парень нехотя опустился на пол. От его былого веселья не осталось и следа. - Это всех касается! И тебя Гром тоже! Упал на пол! Пятьдесят отжиманий под счёт, начинай! – Слегка протяжно скомандовал последнее слово Андрей. Курсанты приняли упор лёжа и под счёт синхронно, насколько это было возможно, выполнили задание. - Запомните, салаги! Косяк одного - косяк всех! За любой ваш проступок будет отдуваться весь отряд! Всем ясно? - Так точно. – Вяло отозвались парни. - Я не слышу! Всем ясно? - Так точно!!! - А теперь за мной. Сегодня будем заниматься вашей дисциплиной. Парни проследовали за Андреем в помещение, где раньше проходила подготовка новоприбывших солдат. Эти серые стены повидали тысячи бойцов, даже воздух здесь был другой, он был заряжен невидимой энергией, способной превратить вчерашнего мальчишку в бравого солдата. Нельзя наивно полагать, что все прибывшие колонизаторы были не обученным пушечным мясом. Вовсе нет. Все проходили полугодовую подготовку, познавали азы военного дела, за плечами некоторых были военные спецшколы. Но сейчас всё иначе - за партами перед Андреем сидел био мусор. Куски ходячего, мыслящего мяса, ни на что не способные. Вся их жизнь была такой же никчёмной, как и они сами. Всем по двадцать лет с небольшим. Все они ещё дети, правда, не внешне, а внутренне. Но настал момент, становится мужчинами. - Товарищ командир, а нам сказали, что у вас амнезия. Как вы нас обучать будете, если ничего не помните? – Спросил с издёвкой рыжий парнишка, сидевший в среднем ряду. - Заткнись, Феникс! – Рявкнул сидящий слева здоровяк. - Значит так, - Андрей встал спиной к большой зелёной доске и сложил руки на груди, – без моей команды никто не открывает рот! Да, у меня амнезия, но я прекрасно помню, как вынуть душу из человека! Всем встать! Курсанты лениво оторвались от стульев. - Сесть! По комнате понёсся недовольный гул. - Встать! Сесть! Встать! Сесть! – Андрей продолжал повторять команды, остановившись спустя десяток повторений. – Если я сказал всем встать, значит все должны встать немедленно и синхронно! Если я сказал спрыгнуть с крыши, значит все должны лететь с неё как одно целое! Я буду продолжать дрессировать вас до тех пор, пока не увижу, что вы не прочувствовали друг друга, не стали единым целым! Дальше дело пошло лучше, хотя на лбах у парней появились испарины. - Сесть! Закончили. Куда без команды дёрнулся? Упор лёжа принять! Под мой счёт начинай! – Также протяжно выцедил последнее слово Андрей. Один из бойцов приподнял голову и увидел, как его командир отжимается вместе со всеми. - Смотрите! – Шепнул Феникс. Все парни в недоумении смотрели на Андрея и перешёптывались. - Разговорчики! Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят. Закончили! Гром поднял руку. - Говори. - Товарищ командир, - Тяжело дыша, обратился Гром. – Почему вы с нами отжимаетесь? - Потому что ваш косяк, это и мой косяк! Я отвечаю за вас как за себя. На мне лежит полная ответственность за вас. - Тогда вы товарищ ответственный, а не товарищ командир! Парни боязливо засмеялись. - А ты прав, салага! Так и будете обращаться! Товарищ ответственный! Мир изменился, пора бы и нам меняться… Это новшество вызвало удивление. Парни несколько раз повторили вслух новое словосочетание, за которым скрывался гораздо больший смысл. Теперь Андрей стал для них чуть ближе. Со временем ребята осознали весь смысл этого сочетания слов «Товарищ ответственный». Они боялись подвести его, потому что он перестал быть для них просто начальником, каким раньше для них был Кнут. Андрей стал и другом, и учителем, и командиром, но самое главное он не ставил себя выше остальных. Никто не сомневался в его способностях. Он был наравне с бойцами, но его слушались, он был жестоким, но проявлял сочувствие. Полный парадокс. Товарищ ответственный был загадкой для окружающих. С первых занятий была установлена жёсткая дисциплина, нарушение которой грозило наказанием. Оно было разным, в зависимости от тяжести вины и настроения Андрея. Кроме физической нагрузки, парни испытывали большое психическое воздействие. Иногда Андрей наказывал всех, кроме провинившегося, тем самым вызывая стыд и вину перед товарищами. Дисциплина строилась не только на наказаниях. Андрей эффективно применял систему «кнута и пряника». В качестве поощрения мог быть дополнительный час сна. Курсанты быстро привыкли к новому распорядку дня, ещё более суровому, чем раньше. Когда закончились походы строевым шагом, бесчисленные упражнения на слаженность и сотрудничество, отряд стал единым целым. Шагая по коридорам чётким шагом, они приковывали к себе взгляды окружающих, точно также как раньше это делал Андрей. Они выделялись из серой массы.


© Space15.ru | 2012 - 2017, Все права защищены